В Липецке родилась новая «Таня» и стала «более совершенным творением».
Приносим извинения, страница ещё редактируется. Зайдите чуть позже, чтобы увидеть окончательную версию материала.
Взять любимую советскими театрами историю, приправить её античным антагонизмом, украсить сцены контрастными цветами и трагической хореографией — получится спектакль «Таня» (16+) Мичуринского драматического театра. Почти вековая пьеса Алексея Арбузова в авторской трактовке главного режиссёра театра Александра Огарёва превратилась в психодраму, которую мы, «Первый номер», 23 марта посмотрели с вами (или за вас).
Вечная история
Точная дата тут специально. Выяснили, впервые спектакль состоялся на подмостках московского театра Революции 18 марта 1939 года — 87 лет назад. Пьеса выдержала более 1 000 представлений. Каждый уважающий себя храм Мельпомены считал своим долгом создать свою «Таню».
Интерес к материалу до сих пор не утихает. Российские театральные режиссёры регулярно обращаются к арбузовской истории, так или иначе вкрапляя в неё собственные детали и по-новому расставляя акценты. Да и кинорежиссёры присматриваются к пьесе. К примеру, в 1974 году был снят одноимённый художественный фильм (0+) Анатолием Эфросом.
Но кардинальных перемен исходного «кода» «Тани» не было замечено до сего дня. Александр Огарёв решил лакированную советскую историю превратить в современную психодраму с древнегреческим подтекстом. Получился одновременно… и театральный триллер, и сеанс психотерапии.
Что сказал режиссёр
— «Таня» — это чувственная история, где главная героиня переживает крутые потрясения, — поясняет собственную творческую концепцию пьесы Александр Огарёв. — Но если в первой части пьесы у Арбузова есть повод для игры, фантазии, то во второй — картина выстраивается по законам соцреализма. Герой, претерпевая трудности, непременно становится цельным, правильным, «плоским». Мне показалось, что в этом нет жизненной правды, и поэтому мы с нашей творческой группой, работающей над спектаклем, решили развивать в сценарии античную «ветку» Медеи.
Так ревность арбузовской Татьяны обрела олимпийский масштаб и соответствующие последствия… Самое время коротко раскрыть первоначальную сюжетную линию.
Исходный сюжет
В 1934 году советский драматург придумал непривычную тому времени вещь. Интеллигентные Таня и Герман год в идеальном браке. Он инженер. Она студентка медицинского, на последнем курсе бросившая вуз, чтобы посвятить всю себя без остатка любимому. И уже эта идея шла вразрез с текущей государственной повесткой.
«Ведь я люблю тебя, а любить — значит забыть себя, забыть ради любимого. Потому что ты — это я», — надрывно убеждает мужа юная Таня, когда тот пытается вразумить супругу жить рядом свою жизнь.
Но пока он занимается карьерой, она целыми днями фанатично сидит над его чертежами, доводя каждую линию до совершенства. Чтобы её любимый, её гений Герман, достиг в своём деле успеха. И пока муж на работе, у Тани лишь два постоянных спутника: Дуся, помогающая по хозяйству, и Семён Семёнович — воронёнок, которого супруги подобрали на зимней улице, чтобы спасти от неминуемой гибели.
Потеря смыслов
Вот Герман в шаге от победы. Его проект принят на рассмотрение и вскоре одобрен на высочайшем уровне. Проект станет жизнью, воплотится на одном из сибирских предприятий. Одна лишь для Тани заноза в деле. Мария Шаманова — руководитель прииском — завладевает сердцем Германа.
Однажды Таня слышит публичную благодарность мужа в адрес соперницы за помощь в работе. Заботу жены муж игнорирует. Скоро она почувствует острую боль в сердце от фразы Германа, сказанную той же Марии: «Вы самый красивый человек… во всём».
Таня уходит тихо, без скандала. Уходит с тайной о будущем сыне Юрочке, которого носит под сердцем. И дело не в категоричности, а в факте предательства главного чувства. После такого нет смысла что-либо продолжать, вытягивать из себя, пытаться клеить разбитое.
Остаётся боль
Связь с любимым человеком окончательно разрывается от известия о его женитьбе на Шамановой. А вскоре смерть Юрочки закрывает сердцу женщины доступ к чувствам. Но запечатанная боль остаётся.
Воздушная, экспрессивная девушка исчезает. Вместо неё на сцену выходит сдержанная, сосредоточенная женщина-врач Татьяна Алексеевна Рябинина. Закончив вуз, она получает распределение в один из сибирских городов. Теперь её жизнь подчинена другой, но, опять же, единственной цели — помощи больным. Этим она и ограничивается. Более сказать о новой Тане нечего.
Меняются декорации, пациенты. Но героиня словно закостенела, а сюжет жизни повторяется изо дня в день. Пока не случается встреча с другим. Таким же, какая теперь Таня, таким же деловым. Ещё бы… управляющий золотопромышленным районом. С ним будет шанс на счастье, если избавиться от до сих пор гнетущей боли.
Жизнь даёт такую возможность — устраивает случайную встречу с Шамановой, её больным сыном по имени… Юрочка, которого врач Татьяна Алексеевна старательно излечивает. И с самим Германом. Глядя в глаза прошлому, женщина недоумевает: не за что было сердцу держаться, не о чем было жалеть.
Привкус суррогата
Арбузовский финал неожиданно схлопывается, обещая советский хеппи-энд. Что же может быть круче замужества с советским чиновником столь высокого ранга? Кажется, смиренно приняв жизненный болезненный урок, Татьяна заслужила-таки женское счастье.
И всё же после прочтения пьесы остаётся ощущение недосказанности. Катарсиса не случается. Точнее скажем, он происходит в сдержанно-пафосной манере в нужной эпохе, но не сейчас.
От этого сегодня появляется привкус суррогата. Его легко различить: достаточно спросить себя: «А как бы поступила ты? Как Таня? А может, как Медея, которая из-за измены и предательства мужа, сжирающей её ревности убивает соперницу, а следом собственных сыновей?»
Этот опасный вопрос задаёт Александр Огарёв, вытаскивая из зрительниц подсознательных и в ходе игрового процесса всё более осязаемых демонов.
Управление сердцем
Для достижения своей цели труппа Мичуринского драматического театра использует острые инструменты, направленные точно в сердце.
И первый из них — цвет: чёрный, белый и красный. Каждый — жёсткий, на своём месте и начинает играть в нужный момент.
Первый приступ ревности — и Таню ошпаривает, словно кипятком, красный цвет. В другой сцене в красной маскарадной маске, будто облитая кровью, Таня слышит признания Германа в любви Марии. Или белый наряд гостей, изгоняющих из дома любимую птицу Семёна Семёновича, обозначает начало нового этапа.
Второе орудие воздействия — звук. Скрежет высеченной искры ревности из главной героини и заодно из каждой из нас, кому ведомо это болезненно острое чувство. Или вой пурги, готовой поглотить Татьяну, оказавшуюся один на один со страшной стихией.
Хореографические этюды, скрепляющие эпизоды, то замедляют ход времени, то ускоряют его, управляя ритмом вашего сердца.
Красные бусы
При всём этом драматизм пьесы Еврипида «Медея» (16+) добавлен в сценарий спектакля так, что кажется логичным финалом изначально идеализированной арбузовской пьесы. Если вы не читали «исходника» — вам не угадать, что было иначе.
При этом Огарёв старается быть умеренно свиреп. Юрочка — сын Марии — уцелел. Расплатился жизнью лишь главный виновник трагедии Тани — Герман. Убийство совершается изящным оружием — красными бусами.
Они, надо сказать, появились с героиней на сцене с первых минут и выполняли вместе с Татьяной ведущую роль. Красные бусы стали в спектакле символом болезненно крепкой связи, страсти, привязанности.
И даже причиной неминуемой трагедии. После финального разговора Татьяна душит красными бусами бывшего супруга, получая полное удовлетворение от содеянного.
Круг жизни
Другой необычный ведущий персонаж спектакля — ворон Семён Семёнович. Если в пьесе Арбузова птица сохраняется на сцене, пока жива семья, то у Огарёва ворон становится чёрным предвестником тревожных событий, свидетелем мук Тани. Он разделяет с ней все тяготы и своими крыльями словно оберегает от тотального разрушения души женщины в страшные минуты.
Вот таким манером миф о невероятной любви от Мичуринского драматического театра соединил пространство и время. Освежил строчки сонета Микеланджело Буонарроти, которые Алексей Арбузов взял в качестве эпиграфа к своей пьесе: «…Так и я родился, и явился сначала скромной моделью себя самого, чтобы родиться снова более совершенным творением…» Всё повторяется или всё-таки развивается?
Главные роли:
Александрина Мерецкая — Таня;
Александр Прохоров — Герман;
Татьяна Шишкина — Шаманова;
Аида Неджефова, Екатерина Фридолина — Дуся;
Дмитрий Торощин — Воронёнок;
Александр Буров, Андрей Широкий — Игнатов.
Создатели «Тани»:
Режиссёр-постановщик — Александр Огарёв;
художник-постановщик — Надежда Осипова;
музыкальное оформление — Александр Огарёв;
хореограф — Игорь Сурмий (Липецк);
видеограф — Алексей Николаев;
художник по свету — Светлана Гудкова (Липецк);
помощник режиссёра — Лариса Хромова.
Текст: Елена Красилова
Фото: Сергей Паршин