Или что бывает, когда при пустой голове хочется полного бака. Все события и персонажи вымышлены. Время и настроение части нашего населения — реальны.

Солнечные зайчики уже пробивались сквозь неплотные шторки комнаты, отражаясь от трёхлитровых банок с небрежными маркировками. На ёмкостях на скорую руку были выведены маркером корявенькие «92», «95», «100». Банки стояли на шифоньере, который, казалось, даже накренился от такой ноши, стыдливо выглядывали и изнутри, тогда как стопки одёжки Эверестом и Чогори (первая и вторая по высоте горы в мире) высились на двух стульях. Трёхлитровки выстроились и вдоль стен, занимали всю поверхность стола.

У Фёдора Павловича заёрзал нос, на котором плясал один из солнечных зайчиков. Он давно устал чихать и вроде бы принюхался, но запах, стойко обосновавшейся в его комнате, уже смешался с сонным ароматом и дал новый виток его фантазиям.

В ночных грёзах он видел себя владельцем огромной плантации винограда: весь в бархате сидел в тени под зонтиком, а весёлая пышногрудая девушка наливала ему в бокал густое красное вино из трёхлитрового кувшина. Ряды виноградника уходили за горизонт. У амбарчика рядами стояли большие бочки, доверху полные вина. Фёдор Павлович отхлебнул вина из бокала и его замутило.

Фёдор Павлович в дырявых трико и футболке с бензиновым пятном на пузе нехотя разлепил глаза: ни тебе бархата, ни пышногрудых, хорошо хоть «бочки» на месте. Он как мог быстро стал слезать с кровати, нащупывая у подножия тапки, но натыкался босыми ногами на банки, которым уже не нашлось места под кроватью и они вышагивали дальше. Чуть было не опрокинув одну из них, так и не отыскав тапок, поскакал во всю оставшуюся к его седым годам прыть в уборную — рвота мучила его уже третий день.

Фёдор Павлович достал из холодильника начатую банку солёных огурцов и стал завтракать. Настенные часы показывали: 4:12. Он чувствовал слабость и головную боль. В горле першило и слегка слезились глаза. Но разве всё это сможет стать помехой делу?

Он доел огурцы. Банку тщательно вымыл и уложил с ещё парой, заготовленных с вечера, в сумки, бережно разделив сжатыми обрывками газет.
Выйдя во двор, стал звонить.

— Серёга! Серёга! — рычал он в трубку. — Спишь что ль? Какой? А что так? Сейчас буду.

Он сел в машину, недовольно взглянул на приборную панель и зачертыхался. Снова стал звонить.
— Серёга, ты почему не слил?!! Мне сейчас трепыхаться. Канистры на месте? Одна только?!! Ёж твою!..

Продолжая чертыхаться, он пошёл к гаражу, внутри, переступая через полные банки и канистры подобрался к нужной, нащупал шланг и пошёл обратно к машине. Стал высвобождать местечко в баке. Когда снова сел в машину, стрелка на приборной панели не порадовала — бак стал свободнее разве что на четвертинку. «Но не пропускать же», — подумал он и двинулся к заправке.
Вереница автомобилей начиналась за две автобусных остановки до самой АЗС. Большинство водителей дремали на задних сиденьях, были и те, кто, устало подпирая головы рукой, сидели на водительском месте. Кто-то крикнул ему вслед: «Куда, дед, без очереди?!!»

Фёдор Павлович не обращал внимания. Он вклинился в цепочку передними колёсами, перегородив половину полосы задним бампером, и вышел из машины. Кивнул своему другу Петровичу, который стоял машины на три впереди. Несколько мужиков, куривших в сторонке, подошли здороваться. Вышел и Серёга. Внук.

— Дед, ну чё орёшь, ёмаё, — недовольно потирая большим пальцем под носом, говорил парнишка.

Фёдор Павлович отвесил внуку символический подзатыльник к одобрительному смешку своих друзей из очереди.

— Ну, что мужики? Какой расклад сегодня? — потирая руки, спросил Фёдор Павлович.

— Бензовоз был, — сказал один.

— Ждём, — продолжил второй.

— С канистрами пускать, говорят, не будут, — добавил третий.

— Палыч, слушай, у тебя ж гараж, у тебя можно пару баклажек поставить? — спросил один из мужиков. — Жена воет, что на балкон уж не выйти.

— Гля, какой хитрый! Гараж! Оно мне и самому надо! Так что давай там сам решай с бабой со своей.

— Дед, завтра не поеду, — почёсывая затылок сказал паренёк.

— Что значит не поеду?!! — брызжа слюной, закричал Фёдор Павлович. — Я те ща как дам, — замахнулся на него он.

— Ды, оставь ты пацана, — успокоили Фёдора Павловича друзья. — Ну, дурак, чего с него взять.

— Дед, ды мне на учёбу только в сентябре ехать, сейчас ни к чему, — взмолился студент.

— Вот паразит, — указывая на него стал говорить Фёдор Павлович, — это работа сейчас твоя такая, понял?!! Нет?!!

— Тебе дед правильно говорит, — сказал один из друзей пенсионера, — у мужика бак полный стоять должен. Сегодня бензин есть, завтра — нет. А делать чего будешь? Вот и знай себе — подливай. Тебе дед правильно говорит, — мужики одобрительно закивали головами.

Через пару-тройку часов внук налил в свою иномарку семь недостающих до полного бака литров. Дед исхитрился заполнить бензином и бак, и четыре трёхлитровых банки. Довольный он крикнул друзьям «До завтра!» и поехал в сторону дома.

Притормозив перед пешеходным переходом, он услышал, как монетка с заднего сиденья брякнулась обо что-то металлическое. Фёдор Павлович оглянулся: на полу заднего ряда валялась канистра, про которую он совсем забыл. Обрадовавшись и огорчившись одновременно, он встал в конец очереди к заправке. «Главное, чтоб хватило», — взмолился Фёдор Павлович удаче и Господу Богу, которому одному, наверное, и известно, зачем это всё.

В очереди Фёдора Павловича сморило на солнышке и затошнило сильнее. Он провалился то ли в сон, то ли в обморок. Но видения эти были неприятные и страшные. Будто стоит он в очереди, где все не в машинах, а кто на чём: на бегемотах, гориллах, крокодилах. И скачет вдоль ряда казак с шашкой и рубит каждому голову, но не по шее, а как искусный хирург отсекает верхушку скальпа. А внутри — пустота. А следом идёт красивая девица с кувшином, она смеётся и льёт из него молоко в пустые черепушки, которое начинают лакать звери…

Фёдор Павлович весь в поту и бреду открыл глаза. На нём была кислородная маска, а вокруг больничный интерьер реанимации токсикологического отделения…

С 9 июля сотрудники «Первого номера» дежурят на заправках Липецка, информируя водителей о наличии бензина, мониторя обстановку и помогая сохранять порядок в очереди. Знание ситуации изнутри позволяет сохранить объективность. Констатируем: причина многочасовых очередей зачастую не в нехватке бензина, а в нас самих.

Текст: Лена Мамцева
Иллюстрация: ИИ