Алина Жигулина тоже была студенткой первой местной литературной резиденции, а также студии «Скворцы».
Продолжаем публикацию произведений молодых поэтов, которые прошли обучение в первой липецкой литературной резиденции. Местом литературной встречи стала родовая усадьба нобелевского лауреата Ивана Бунина в деревне Озёрки. Новые имена на нашей «Поэтической карте России».
Алина Жигулина,
Липецк
Студентка металлургического колледжа и начинающий писатель, член Совета молодых литераторов и литературной студии «Скворцы» под руководством Анны Харлановой. Пишет с 11 лет.
Камера, мотор
Всё началось с форточки.
Вопреки громким звукам со стройки, не дающим сосредоточиться, мы всё равно пытались открыть эту форточку. Ветхая оконная рама не поддавалась даже грубой силе, оставаясь наглухо закрытой.
— Нам нужен ветер, — нервно тараторил Руслан, расхаживая из угла в угол, — твои волосы должны развеваться.
Я истерично хмыкнул, вытирая пот со лба. В старом кабинете дальнего корпуса было жарко настолько, что можно было разбить яйцо на подоконник и оно бы непременно зажарилось. Жарились и мы в течение мучительно долгих шести часов, пытаясь снять концовку для короткометражки.
— Сделай лицо страдальческое, Андрей, — продолжал Руслан, — прояви актёрские способности.
— Вообще-то я не актёр, — огрызнулся я, — и за эти пытки мне не платят.
Врать я не любил, но признаться, что мне нравилось им помогать, было выше моих сил. Ребята весёлые, подвижные, да и после каждых съёмок они честно кормили меня пиццей. Это выходило всяко дешевле, чем нанимать реального актёра, а мне и нетрудно, тем более что диалогов в их фильме не было.
Но было две проблемы: отсутствие достаточного бюджета для съёмок (с чем ещё можно было справиться подручными средствами) и главный сценарист и режиссёр в этой компании Руслан (с чем справляться становилось невыносимым).
— Может, обойдёмся без ветра? — аккуратно поинтересовалась помощница режиссёра Диана, раздавая всем воду.
— Тогда кадр испортится! — возмутился Руслан и обратился к Лёхе, который пытался реанимировать сломанный вентилятор. — Ну как?
Лёха включил его в розетку, и мы услышали чудовищное громыхание, будто вентилятор сейчас взлетит на воздух.
— Мы никогда не закончим, — обречённо вздохнул Руслан и обернулся на Воху и Антоху, выискивающих хоть одну подвижную форточку в помещении.
— Может, помахать тетрадкой? — предложил Воха, пока Антоха тихо перебрался к вентилятору и начал копаться в розетке.
— Это будет выглядеть неестественно, — настаивал Руслан, — нужна меланхолия, будто его овевает лёгкий бриз.
— У нас за окном стройка, а не берег Невы, — возразил я.
— Точно! — воскликнул Лёха и убежал из комнаты, не говоря ни слова.
Вернулся он со строительным феном в руках.
— Подуем пять минут для кадра и вернём обратно, — объяснил он, усаживаясь на пол напротив меня.
Он включил его, и нас тут же обдало горячим потоком воздуха.
— Я сказал лёгкий бриз, а не пустынная буря! — заорал Руслан.
Мои волосы растопырились в разные стороны. Ко мне подбежала Диана с зеркалом и принялась укладывать их в приличное состояние.
— Бог с этим ветром, давайте без него, — махнул рукой Воха.
— Заменим его чем-то другим, — предложила Диана.
— Нужно заплакать, — сказал Руслан.
— Что? — удивился я.
— Ну, сделать акцент не на атмосфере, а на эмоциях, — объяснил сценарист, — вспомни самое грустное, что было в твоей жизни.
— Может, тебе девушка изменила или кошка сбежала, — начал предлагать Лёха, — а может, всё вместе.
— Или тебе никто не помог в трудной ситуации, — поддержал Воха.
«Или с вами связался», — пронеслось в голове.
— Не знаю, — буркнул я, — не было ничего такого.
— Да у всех было, ты подумай хорошенько, — настаивал Руслан.
Как ни старался я найти причину, чтобы заплакать, ничего в голову не лезло.
— Понюхай, что ли, — сказал Руслан, сунув мне под нос что-то.
— Что это?
— Луковые кольца, — ответил он.
— От чипсов не плачут, — устало вздохнул я.
— А где мы тебе тут настоящий лук найдём? — возмутился Руслан. — Нюхай и представляй котёнка на дереве! Или старую бабушку! Или бабушку на дереве!
Он продолжал совать мне луковые кольца в нос, пока его не остановила Диана и не отобрала чипсы.
— Нет, так дело не пойдёт, — сказал Лёха, — сделаем акцент на предметах. Надо разбить что-нибудь.
— Тут есть старая ваза, подойдёт? — откликнулся Воха.
— Давай сюда!
Лёха наспех кинул куртку на пол, чтобы осколки не разлетелись во все стороны.
— Швыряй её прям со злостью, — давал инструкции Руслан.
Я был готов швырнуть уже что угодно и в кого угодно.
— Права на ошибку нет, Андрюх, — предупредил Лёха, — она у нас единственная.
— Покажи, как будешь бросать, — сказал Руслан.
Я замахнулся и сделал вид, что кидаю вазу на пол.
— Нет, как-то больше чувства нужно, — режиссёр присел передо мной, — вот смотри на меня и замахивайся.
Я повторил всё то же самое.
— Да не жалей её, ты зол, ты в ярости! Разбей так, чтоб в пыль раскрошилась.
— Ну отойди тогда! — начал раздражаться я.
— Вот! Уже верю! — хлопнул в ладоши Руслан и отстранился назад. — Давай ещё, только сейчас сделай…
Я не выдержал и кинул вазу под ноги. Она с грохотом отскочила от пола и попала прямо Руслану в лоб. Тот с криком упал на спину, закрывая лицо руками.
— Конец съёмкам, — простонал Лёха, — мы его убили.
В глазах Руслана застыли слёзы боли и, наверное, отчаяния от того, что концовку мы никогда не снимем. Но в эту секунду Антоха, который всё это время ковырялся в углу, чем-то щёлкнул, и вентилятор заработал. Не с жутким рёвом, а с тихим, ровным гулом. Я тут же ощутил прохладный воздух, посмотрел на Руслана и увидел, что его глаза расширились.
— Не двигайтесь, — тихо сказал он, — вот то, что нам нужно.
— А ваза? — спросил Воха.
— Искусство требует жертв! — отмахнулся Руслан, потирая лоб. — Антоха, прибавь ветра. Лёха, включай камеру. Андрей, не дергайся.
Я вздохнул. Всё-таки пицца того стоила.
Фото: из личного архива автора
Вкладка «Литературный автограф» (16+)
Редактор: Горяйнова Н.В.
Художественный редактор: Чалых Д.С.
Корректор: Манаенкова Е.С.
E-MAIL: GAZETA1N@YANDEX.RU.
По вопросам размещения ваших материалов: тел.: 285-972, GAZETA1N@YANDEX.RU